Новости

Статьи


Журнал
полезные статьи
     

Бизнес за решеткой: дневник жены арестованного предпринимателя. Часть 6: Мосгорсуд: им с нами скучно

Никак не могу понять, как у некоторых людей устроено то место, где должна была бы помещаться профессиональная гордость, например, или чувство собственного достоинства. Ну, это как встретить пожарного, который в свое рабочее время на пожаре подбрасывает в огонь дровишек на глазах у изумленной публики, прикуривая цигарку от полена и щурясь на крики погорельца из пылающего окна.

Это Мосгорсуд навеял. Кассационная жалоба у нас там сегодня была. Сначала по коридору прошел прокурор. Прошла. Уже год за ними, за прокурорами, наблюдаю – где, интересно, их берут? Из каких глубин подсознания черпают эти нежные крошки в погонах свои представления о прекрасном, а также об общечеловеческих правилах поведения в присутственном месте? Сегодняшняя, например, сразила ярко-розовыми, со стразами, лакированными босоножками на платформе – знаете, такими, в каких отплясывают совсем уж отчаявшиеся стриптизерши вокруг шеста, предвкушая приближение знакомого дальнобойщика.

Видела я недавно другую прокуроршу, в серьгах с вензелями до самых погон: пригляделась – а это не вензель, это сердечки, и в каждом написано «Sexy». Никогда не забуду и прокуроршу на нашем процессе в Пресненском суде: стиль «красавица», образ – обложка журнала Vogue, победитель конкурса красоты Малодербетовского района Калмыкии, в феврале с голыми ногами, без чулок, но на шпильках, на телефоне висит плюшевая мартышка, и весь процесс она увлеченно шлет эсэмэски кудрявому коллеге, с коим бежит пить чай, чуть только выдастся перерыв. А потом она встала, одернула юбку и сказала: прокуратура просит приговорить к 11 годам. И снова уставилась в телефон с мартышкой.

Конечно, им с нами скучно.

Вообще вся наша судебная система представляется мне этакой гламурной куклой в погонах: вот и звезды есть, и форма отглажена – а под ней в лучшем случае красные кружевные стринги, и такса обозначена в твердой валюте. Это, собственно, и было краткое описание сегодняшнего суда.

Если поподробнее, то ощущения все те же. Вот судьи в мантиях, три штуки. Вот он, мой муж, вещает по телемосту сквозь решетку, из Бутырки. Вот адвокаты. Муж говорит так: «Приговор абсурден, он полностью не соответствует фактическим обстоятельствам дела… Ходатайства о проведении экспертизы копии единственного документа (оригинала нет) все отклонены… Ключевые свидетели не вызывались и не допрашивались ни следствием, ни судом…

Я заплатил деньги за акции, в хищении которых меня обвиняют – вот в деле документ об оплате, оригинал, никем не оспоренный, вот оценка независимого оценщика, которого вызвал суд – я заплатил больше суммы оценки. Акции хранились в почтенном депозитарии, вот показания работников депозитария…

В деле не заявлен ущерб, потому что я его никому не нанес…». Все это мы уже слышали. И тут вдруг мой муж говорит: «Мое дело является ярким примером коррупции в правоохранительных органах. Немотивированный следователь не мог возбудить уголовное дело на основании ксерокопии документа, найденного на полу. Я стал окончательно убежден в коррумпированности следствия, когда прикомандированный к следствию оперативный работник (такой-то – фамилия, инициалы, звание), такого-то числа, угрожая мне физической расправой в тюрьме, требовал от меня дать ложные показания на третьих лиц…».

И дальше – подробности: вот следы заказчика в уголовном деле, вот заявление его жены, а вот ордер от его адвоката, а вот так у меня выбивали показания, и обо всем об этом вот мои официальные заявления. На этом месте связь с тюрьмой обрывается. Видимо, муж продолжает говорить. Ему же нас не видно. А стало быть, и не видно, что нам его уже не видно. И не слышно.

Ну, ладно. В любом случае, дал человек понять, что хочет заявить о коррупции в суде и уже заявил в тюрьме. Начали говорить адвокаты. Они старались не повторять то, что уже сказал мой муж. У них одним из главных пунктов был статус людей, назвавших себя потерпевшими. Это швейцарские и американские адвокаты, которых никто никогда в глаза не видел, не допрашивал, не беседовал по телефону, они не были в России, и никаких официальных бумаг от них тоже нет. Зато есть их российский представитель, обладающий от них доверенностью, выданной и изготовленной в Панаме.

Подлинность панамской доверенности тоже никто и никогда не проверял. Более того – эта компания не оплатила акции, которые через несколько лет купил мой муж у другой компании, через депозитарий «Русские фонды». Почему при этом в тюрьме сидит мой муж, непонятно. Адвокаты практически хором говорят: «Дело считаем заказным и таким же считаем приговор». Потому что – ну, вот выше аргументы, бери любой. Там вообще все очевидно первокласснику: рейдеры отнимают акции, за которые не платили, у последнего их приобретателя. В арбитраже отнять нельзя – нет оснований.

Зато можно купить уголовный суд, человека посадить, а акции отнять (то есть их выставят дешево на торги, а это же завод, он не любому нужен – купит тот, кому надо, и почем надо). И с заказчиком понятно: вот заявление его жены (сам не может – сенатор, типа бизнеса в глаза не видел), а сам он давний интересант насчет завода, партнером мужа был. В общем, говорят адвокаты суду: это рейдерский захват и коррупция. В Пресненском суде коррупция и в СК МВД коррупция. Я как жена и детали могу добавить – меня, впрочем, никто никогда о них не спрашивал.

То есть мы в Мосгорсуде имеем два серьезных и публичных заявления о коррупции. И публичное заявление о рейдерстве, которое никто не опровергает.

Что делает суд?

Суд удаляется для вынесения определения. Возвращается минуты через три. Мне потом адвокаты сказали, что это еще прилично вполне: в Мосгорсуде часто не успевает за третьим закрыться дверь, как первый уже выходит. Не обсуждать же им, право, наши скучные дела. Определение: все оставить, как есть, срок уменьшить на год. Не 8, а 7. Лет. Коррупция, конечно, не вошла – куда ж она войдет, если определение пишут утром.

В принципе ничего другого и нельзя было ожидать. Уж такова слава, традиции и подход заведения.

Вот что примечательно: один из моих адвокатов утром был на приговоре в Преображенском суде. Дело об убийстве с особой жестокостью: пять ножевых ранений, два из них смертельные, оставил нож в глазу у убитого – от досады, что не смог отпилить голову. Знаете, сколько дали убийце? Ровно семь лет. Через три выйдет – убийц легко отпускают по УДО.

Бутырка-Блог

2009-06-20 08:44:23

<<Назад>>

Читайте в этой рубрике :


тел: 8 (057) 758-19-00; факс: 8 (057) 758-13-00
© 2007 - 2017 АН "Крепость". Все права защищены.При использовании любой информации гиперссылка на источник an-krepost.com обязательна!